В истории впервые "человеческими" глазами на войну взгля­нул Фукидид. Геродот писал о ней с точки зрения божественного промысла, а Фукидид различал причины и повод войны, пожалуй, он впервые поставил вопрос о связи войны с политикой. Платон и Аристотель рассматривали войну как "часть искусства полити­ческого". Л. Морган, Ф. Энгельс указывали, что первобытные войны не имели политического содержания. Они были определенной сто­роной производственной, трудовой деятельности, самой жизни, об­раза жизни. Война как социально-политическое явление возник­ла, когда появилась политика, а вместе с ней и государство.

Чем больше войны охватывали мир, тем сильнее проявлялась потребность в глобальном мирном устройстве. Црудон отмечал, что война и мир составляют непременные условия жизни наро­дов: мир предполагает войну, война предполагает мир.

Основатель позитивизма О. Конт обосновал мысль о том, что в его время войны стали анахронизмом, наступила эпоха, когда серьезные и продолжительные войны должны полностью исчез­нуть у лучшей части человечества.

Люди должны иметь возможность жить, чтобы делать исто­рию, писал К. Маркс, а вот эту возможность у них как раз отнима­ет война. Поэтому уже в конце XIX в. Ф. Энгельс пришел к выводу, что современная ему война исчерпала свои созидательные возможности и не может служить интересам прогресса.

Любая война начинается задолго до ее объявления. Ей пред­шествует идеологическая и психологическая обработка населения официальными пропагандистскими структурами, внушающими народу мысль о необходимости и неизбежности грядущей войны. Объявляя свои цели благородными и справедливыми, а цели по­тенциальных противников — низменными и корыстными, пропа­ганда каждой из сторон — участниц будущей войны закладывает в сознание своего народа образ врага, воскрешая старые обиды и выискивая новые, на которые можно опереться в современной си­туации. Психология "свой -- чужой" в кризисный период обо­стряется до предела, проходя путь от высокомерно-пренебрежи- тельного отношения до полного неприятия иной культуры, носи­телем которой является враг.

В понимании немецкого военного теоретика Карла фон Кла­узевица (1780 — 1831) война не есть самостоятельное, не завися­щее от общественного развития явление, она представляет собой политический акт, серьезное средство для достижения полити­ческой цели. Она вытекает из политического положения и вы­зывается лишь политическими мотивами. Данное Клаузевицем знаменитое определение войны гласит так: "Война есть не что иное, как продолжение государственной политики иными сред­ствами".

В политологии война определяется как организованная во­оруженная борьба между социальными классами, нациями, наро­дами или государствами. Переход социального конфликта в ста­дию вооруженной борьбы выражается в том, что каждая из сторон стремится силой оружия навязать свою волю противнику, для чего наносит разрушительные удары по его людскому и материально­му потенциалу. Как правило, для достижения поставленных в войне целей вооруженное насилие дополняется также экономическими, дипломатическими, идеологическими и другими средствами дав­ления .

Война влияет на изменение целей и задач политики; испыты­вает жизнестойкость и жизнеспособность конкретной социально- политической системы; вызывает изменения во всех сферах жиз­ни общества, обостряет протекающие в них процессы, переводит общество в новое качественное состояние.

Война — социальное явление, представляющее собой одну из форм разрешения общественных противоречий между государ­ствами, народами, нациями, классами и социальными группами средствами вооруженного насилия. Сущность войны заключается в том, что она является подлинным орудием политики, ее продол­жением насильственными средствами. Политика определяет на­правленность и характер подготовки государства или коалиции государств к войне, формулирует цели и задачи войны, определяет ее средства, направляет материальную подготовку к войне и т. д.

Как форма социального конфликта война сопровождает всю историю развития мирового сообщества. Наша эпоха также не составляет исключения, ее облик определялся в значительной мере вооруженными столкновениями, в том числе двумя мировыми вой­нами. Вообще же за последние пять с половиной тысяч лет в мире состоялось примерно 14,5 тыс. больших и малых войн, в ходе которых погибло, умерло от голода и эпидемий свыше 3,6 млрд. человек.

Империализм принес народам планеты две страшные миро­вые войны. В первой мировой войне участвовали 33 страны с населением в 1,1 млрд. человек (около 62 % тогдашней численно­сти человечества). Так называемые безвозвратные людские поте­ри составили 25 млн. человек, в т.ч. 9,5 млн. погибших на поле боя, 0,5 млн. — от бомбардировок, 10 млн. — от голода и эпиде­мий.

Во второй мировой войне участвовали 62 страны с населени­ем 1,7 млрд. человек (свыше 78 % всего населения Земли на тот период), безвозвратные потери достигли 55 млн. человек. На ноле боя погибло 27 млн. военнослужащих, в тылу от бомбардировок — 1,5 млн., в концлагерях — 11 млн., в партизанской борьбе более 2 млн., от голода и эпидемий 1 млн. человек.

Безвозвратные потери нашей страны во второй мировой вой­не оцениваются теперь в 27 млн. Раньше они оценивались в 20 млн., и поскольку цифра по СССР пересмотрена в сторону увеличения, то должна быть пересмотрена и общемировая.

Безвозвратные потери в 87 млн. только за две мировые вой­ны.

Как показывает исторический опыт, особой ожесточенностью и жестокостью характеризуются гражданские войны.

В своем исследовании войн К. Райт пришел к выводу, что из 278 войн, имевших место в период с 1480 по 1941 г., 78 (или 28 %) являлись гражданскими. А в период 1800>—1941 гг. одна граж­данская война приходилась на три межгосударственные войны.

По данным германских исследователей, за период с 1945 по 1985 г. в мире произошло 160 вооруженных конфликтов, из кото­рых 151 приходится на страны третьего мира. По их подсчетам, за этот период только 26 дней мир был свободен от какого-либо конфликта. Общее число погибших в этих конфликтах составило от 25 млн. до 35 млн. человек. В целом можно сказать, что коли­чество классических межгосударственных войн фактически умень­шается, в то время как число внутригосударственных конфликтов и войн возрастает. С 1945 по 1982 г. в Азии, Африке и Латинской Америке произошло 148 "малых войн". По мере того, как угроза глобальной войны отходит на второй план, становится все более явственнее то, что мир вступает в пору "малых войн" и регио­нальных конфликтов. Военные операции США "Буря в пустыне", "Лис в пустыне" против Ирака (1990-1991, 1997-1998 гг.), опе­рации НАТО в Боснии и Герцеговине, применение военной силы против боснийских сербов (1993 — 1995, 1999 гг.) война в Югосла­вии подтвердили реальность силового решения в международных спорах.

Новый тип войны — это война эпохи информационного им­периализма — колониализма, где дестабилизация и "хаос в уп­равлении" того или иного государства осуществляется сознатель­но и целенаправленно. Технологии, этапы новой войны с упором на информационный колониализм закладывались с момента по­беды большевиков в 1917 г., обрели четкие директивы СНБ (США) 1942 — 1945 гг., начиная со знаменитой инструкции 2001 от 17 де­кабря 1945 г. А. Даллеса по уничтожению новыми средствами самого непокорного на земле народа. Затем были директивы СНБ 1948—1951, 1957, 1968, 1980-х гг., где сочетание всех средств новой войны было доведено до открытого вмешательства на всех уров­нях во внутренние дела стран Восточной Европы, СССР, Кубы, КНДР и др. В 1995 г. Клинтон скажет: "Расшатав идеологичес­кие основы СССР, мы сумели бескровно вывести из войны за ми­ровое господство государство, составляющее основную конкурен­цию Америке".

Отказ от глобальной военной и идеологической конфронта­ции, заявления о прекращении "холодной войны" и начале эры партнерства не привели к радикальным" изменениям в арсенале средств разрушения межгосударственных, национально-этничес­ких, религиозных и иных противоречий, не исключили войну из этих арсеналов. Признавая на словах приоритет политических аргументов, ведущие государства Запада на деле продолжают со­вершенствовать военно-силовые средства, делают на них ставку в достижении своих политических целей в определяемых по соб­ственному усмотрению "зонах жизненно важных интересов". Наи­более показательным свидетельством неизменности подхода ряда ведущих западных государств к войне как продолжению полити­ки иными, насильственными средствами, является решение о рас­ширении военного блока НАТО на восток.

НАТО продолжает наступать и расширяться. Более того, оче­редь на вступление уже расписана на много лет вперед — вступ­ления в НАТО уже ожидают Эстония, Латвия, Литва, Болгария и Румыния.

По данным социологических опросов 76 % жителей стран — членов Североатлантического альянса потенциально готовы к войне с нами, так как считают, что НАТО должна расширяться несмотря на мнение России.

Ракетно-ядерное оружие в определенной степени разорвало связь между политикой и войной, сделало устаревшей парадигму военно-политической конфронтации между великими державами, поскольку разумная политика, призванная реализовать на между­народной арене национальные интересы, не может допускать при­менения ядерного оружия, обладающего чудовищной силой разру­шения.

Появление ядерного и термоядерного оружия и средств ,его доставки довело роль и место войны в жизни цивилизации до ее логического конца. Возникла настоятельная необходимость, что­бы законы нравственности, которыми должны руководствоваться простые люди во взаимоотношениях между собой, стали законами международного права.

1. Мир характеризуется отсутствием войны. Война и мир одновременно существовать не могут: либо война, либо мир. В го­ды "холодной войны" между СССР и США не было войны, одна­ко данное состояние можно назвать перемирием, мирным сосуще­ствованием, но отнюдь не миром. Хотя вечный мир есть, может быть, недосягаемый идеал, но это идеал, к которому стремится че­ловечество в своем развитии и к которому оно может и должно приближаться. Приходится с сожалением констатировать, что к этому идеалу на пороге XXI в. мы если и приблизились, то нена­много.
2. Мир — это отсутствие вооруженного насилия, которое на международной арене наиболее часто выступает в форме войны; такое состояние, между государствами и их союзами, которое пол­ностью исключает вооруженное насилие из практики межгосу­дарственных отношений.
3. Мир — это такое состояние в отношениях между государ­ствами, которое, не содержит в себе противоречий, являющихся возможной причиной следующей войны.

Периоды отсутствия вооруженного противоборства в исто­рии цивилизации нельзя с полным основанием назвать периодами мира, ибо в это время шла усиленная подготовка к новой войне, оставались противоречия, являющиеся неизбежным источником новой войны.

1. Мир как состояние мирового сообщества может быть достигнут путем достижения приемлемого баланса интересов субъек­тов международных отношений, который исключает наличие про­тиворечий, могущих привести к войне.

Ленинские принципы мирного сосуществования произвели переворот во всей существовавшей многие десятилетия буржуаз­ной системе международных отношений. Постоянно возрастав­шая мощь мирового социализма, внедрение им в отношения с го­сударствами с различными общественными системами принципов мирного сосуществования позволили прервать сложившееся ве­ками представление, что мир — это лишь передышка между вой­нами ради раздела, а затем и передела мира в интересах капитали­стических хищников.

Еще на II конгрессе I Интернационала (сент. 1867 г.) была вынесена резолюция, в которой говорилось: "Мир, являясь пер­вым условием всеобщего благосостояния, должен быть в первую очередь закреплен порядком вещей, не допускающим более деле­ния общества на два класса, из которых один эксплуатирует дру­гой".

Политика является тем общим, что соединяет войну и мир в целостную систему, раскрывающую формы взаимоотношений между государствами.

1. Мир является продолжением и результатом политики го­сударства на международной арене. От социальной направленно­сти этой политики, ее субъектов в конечном счете зависит и на­ступление мира, и характер этого мира. То есть мир есть продол­жение именно той политики, которая велась противниками до и в ходе войны.
2. Важнейшей характеристикой и чертой мира во взаимоот­ношениях государств является его правовое закрепление в дого­ворах, соглашениях и т. д. Вне договорной основы, регламентиру­ющей характер и способы взаимоотношений между странами, не существует правовой основы для мира.

Поскольку Устав ООН безоговорочно запрещает обращение государств к войне как средству разрешения международных спо­ров, постольку вооруженное нападение, совершенное им с соблю­дением требований Третьей Гаагской конвенции 1907 г. об объяв­лении войны, не становится от этого правомерным. Само объявле­ние войны, даже не сопровождаемое открытием военных действий, должно рассматриваться как неправомерный акт, как угроза во­оруженного нападения.

Принцип мирного разрешения международных споров, за­крепленный в Уставе ООН, является одним из основных принци­пов современных международных отношений. Устав ООН обя­зывает государства разрешать свои споры мирными средствами. Стороны могут передать свои споры для мирного разрешения в Совет Безопасности (п. 1 ст. 37, ст. 38), Генеральную Ассамблею (п. 2, ст. 11) и Международный Суд (п. 3 ст. 36 Устава ООН и п. 1 ст. 36 Статута Суда). В отдельных случаях Совет Безопасно­сти и Генеральная Ассамблея могут поручать Генеральному сек­ретарю ООН выполнение некоторых посреднических функций под строгим контролем указанных политических органов ООН.

В современных условиях все отчетливее вырисовывается ряд тенденций, свойственных западной военной политологии.

1. Она содержит концептуальные положения тех ученых, ко­торые, оценивая бесперспективность военной конфронтации в меж­дународных отношениях, выступают за приоритетность решения конфликтов политическими средствами (Ч. Осгуд, Р. Макнамара, X. Бете, Ч. Моснос, Р. Стилвелла).
2. Эта тенденция проявляется в идеях, обосновывающих не­обходимость прекращения наращивания вооружений и заключе­ния между Востоком и Западом соответствующих соглашений.

Современные зарубежные военно-политологические концеп­ции по своему содержанию представляют два направления: реа­листическое и неоконсервативное. Четко наметилась эволюция взглядов представителей реалистической концепции в сторону гуманизации их содержания по кардинальной проблеме современ­ности — проблеме войны и мира.

Мысли о войне часто возникают в умах людей. Поэтому в сознании людей следует укреплять идею защиты мира. Эти слова открывают Устав ЮНЕСКО, подписанный в Лондоне в ноябре 1945 г. Мир созидается ежедневно и созидается усилиями каж­дого. Мир — это установка, выработанная образованием, наукой и культурой, которая дает каждому человеку способность действо­вать по совести.

Один дома

Случайные материалы:

• Право наций, народностей на самоопределение как политико-юридическая проблема
• Государство в политической системе общества
• Политика и личность
• Понятие и особенности государственной (политической) власти
• Понятие и сущность политики

Актуальность данной проблеме придают широкое распрост­ранение насилия, разрушительные последствия его применения. В 1992 г. по оценкам зарубежных аналитиков на планете сохра­нилось 73 "горячих точки", которые угрожали региональной и международной безопасности; в 25 странах шли войны или воору­женные конфликты, в 24 — наблюдался рост напряженности.

Политическое насилие — это физическое принуждение, ис­пользуемое объектами политики в качестве средства овладения, применения, распределения и защиты власти, прежде всего госу­дарственной. Насилие отличается от других средств власти сле­дующими особенностями. Оно имеет низкий созидательный по­тенциал. В период социальных преобразований насилие служит средством их защиты от внешней угрозы, нейтрализации или уст­ранения политических противников, но не может подменить са­мих реформ, нацеленных на создание определенных социальных, экономических и политических структур и отношений.

Однако уровень нравственного сознания и сохранения не­справедливости в современном мире пока еще ограничивает воз­можности вытеснения насилия из политической жизни. Насилие относится к числу дорогостоящих политических средств. Его ис­пользование связано с большими человеческими жертвами и раз­рушениями материальных ценностей, его трудно контролировать.

Актами насилия являются использование в политических целях вооруженных сил, террор, убийство, избиение, принудитель­ные задержания, пытки, взрывы, поджоги зданий, порча имущества, средств коммуникации и т. д. По формам проявление насилия подразделяется на уличные беспорядки, бунты, восстания, граж­данские и другие войны, репрессии, вооруженные конфликты меж­дународного характера и терроризм. По своему предметному со­держанию насилие в политике включает помимо собственно по­литических актов военное, духовное (психологическое, идеологи­ческое), административное, судебное насилие.

В Европе значимость таких действий признавалась в древне­греческом и древнеримском стоицизме, они начинаются в период раннего христианства. В средние века практику ненасилия испо­ведовал и осуществлял ряд монашеских органов. В XVIII в. прин­цип ненасильственных действий получил освещение в философс­ких трудах Вольтера, Руссо, Канта, Локка. В XIX в. значимость этого принципа обосновалась социалистами-утопистами, христи­анскими социалистами.

В Новейшее время принципы ненасилия в политике нашли наиболее полное выражение в учении о непротивлении злу наси­лием Л. Толстого и в принципах ненасильственных действий в политической сфере М. Ганди. Большой вклад в концепцию нена­силия внесли Ф. М. Достоевский, Г. Торо.

М. Ганди выводит ненасилие из чисто религиозной или нрав­ственной среды, лишь опосредованно влиявшей на политические процессы, и переводит его в плоскость самой политики. У Ганди ненасилие выступает уже не как отказ от борьбы, а как одна из форм борьбы, причем, быть может, как самое эффективное сред­ство борьбы с насилием. Для М. Ганди недостаточно личного са­мосовершенствования, его конечной целью является усовершен­ствование мира, преобразованного средствами любви и уважения к человеку. С опорой на ненасильственные действия Ганди орга­низовал широкое социально-политическое движение за освобож­дение Индии от колониальной зависимости, хотя сам стал жерт­вой террора.

В представлении Толстого зло имеет своего рода цепную ре­акцию: раз возникнув, оно порождает ответные действия, которые, даже будучи оправданными, как правило, не удерживаются в рам­ках справедливости, порождают новое зло, причем в еще больших масштабах, чем прежнее. И так происходит до бесконечности — до всеобщей катастрофы. Поэтому единственным средством оста­новить этот разрушительный процесс является решимость воз­держаться от возмездия за причиненное зло. В учении Толстого своеобразно переплетаются евангелические христианские идеи с традиционным подходом восточных религий. Принцип ненасиль­ственного действия как мотив, идейное течение в формулировке "непротивиться злу" проявился в социальной философии Л. Тол­стого, так и не нашедшей широкого политического резонанса в России.

Ф. М. Достоевский пытался решить в своих произведениях проблему нравственной недопустимости насилия. В Америке пи­сатель и философ Г. Торо (1817— 1862) обосновывал использова­ние ненасильственных действий в политике применительно к кон­ституционному государству. Ненасилие доказало свою полити­ческую эффективность в борьбе за достижение независимости Индии, против расовой дискриминации в 1960-е гг. в США, в свер­жении режима Ф. Маркоса на Филиппинах и т. д.

К. Маркс, Ф. Энгельс, В. Ленин, И. Сталин подвергали кри­тике учение о ненасилии, пацифистские концепции, осудили их как социально вредные утопии, сбивающие угнетенные массы с единственно верного, по их мнению, пути решительной революци­онной борьбы за социальную справедливость.

Проблема ненасилия сама по себе остается неоднозначной. В этой концепции есть здравое зерно, привлекавшее к ней внима­ние прогрессивной общественности едва ли не на всем протяже­нии развития человечества. Но ей свойственны и противоречия, односторонность, своего рода отстраненность от непростых реа­лий современного мира.

Деятельность Мартина Лютера Кинга, А. Д. Сахарова выя­вила значимость данного принципа, проявившегося в столь разно­родных точках земного шара.

Принцип ненасильственных действий в современной полити­ке становится преобладающим — хотя и не единственным — воп­реки вспышкам воинствующего национализма, политического тер­роризма, агрессии. Его конкретизация в реальных политических действиях конца XX в. — важное свидетельство приоритета об­щечеловеческих ценностей, характерных для политического мыш­ления.

Л. Толстой, А. Швейцер видят выход из кризиса цивилиза­ции прежде всего в индивидуальном моральном совершенствова­нии каждого человека в духе ненасилия и любви ко всему живо­му.

Общественный прогресс бессмыслен без нравственного про­цесса, последний должен опережать технический прогресс. Основ­ное содержание нравственного прогресса — формирование нена­сильственных отношений.

Использование насилия властью обесценивает ее и делает не­легитимной в глазах подданных. Подобный взгляд на вещи имеет много общего с концепцией ненасильственного сопротивления М. Ганди и Л. Кинга, идеями В. Гавела о "власти безвластных", которые были широко распространены в Чехословакии во время так называемой бархатной революции, покончившей с коммунис­тическим режимом в 1989 г.

Сторонники этого философского направления делают разли­чия между силой и насилием. Они признают за властью наличие силы, но считают, что его проявление должно быть строго регла­ментировано, иметь определенные правовые тОлки. Однако огра­ничивать власть только правовыми рамками недостаточно, и она должна быть еще морально ответственна за применение силы. Сильная власть способна соотносить свою силу с моральной от­ветственностью ее применения.

Похожие материалы:

• Приоритетные проблемы политологии

Модернизация — это особый вид надежд, пронизывающий все революции прошлого и все высокие человеческие устремле­ния. Динамический аспект модернизации при изучении политики может быть выражен общим утверждением, согласно которому модернизация есть процесс растущей сложности человеческих проблем, с которыми сталкивается система политического устрой­ства.

Теории модернизации, связанные с движением общества от традиционных общественных укладов к индустриальной и постин­дустриальной фазам развития (их приверженцами являются Дж. Гэлбрейт, У. Ростоу, Д. Белл, С. Хантингтон, 3. Бжезинский), носят детерминистский характер. Они предполагают, что все че­ловечество придет к единой, универсальной для всех модели пост­индустриализма, которой будет соответствовать одинаковая для всех либерально-демократическая схема организации политичес­кой жизни общества, по достижении которой в мировом масштабе исчезнут все противоречия и наступит "конец истории" (термин Ф. Фукоямы).

К. Дейч определяет политическую модернизацию категория­ми участия и мобилизации. Он полагает, что модернизация зави­сит от массового участия, принимающего форму растущей политик ческой децентрализации. Расширение политического участия рас­сматривается как ключ к политическому развитию. Примерами политической модернизации могут служить Турция и Япония, где соответствующие процессы привели к включению многих тради­ционных форм в новую систему наряду с расширением сферы действия новых структур, таких, как школы и ассоциации. В обеих странах правящие элиты достигли значительных успехов в преоб­разовании традиционных обществ в современные.

Главные проблемы при модернизации состоят в определении характера политических институтов, которые, с одной стороны, обеспечивают наибольшую эффективность социально-экономичес­ких преобразований, а с другой — содействуют стабильности при резко возрастающей вследствие модернизации динамичности со­циальных процессов.

Опыт сравнения:

—  пути развития индустриальных стран, которые в силу раз­личных причин оказались отброшены вспять в своем экономичес­ком и политическом развитии (Германия и Япония после второй мировой войны) и для которых модернизация выступила в форме реконструкции;

—  опыт развивающихся государств, стремящихся ускоренным темпом пройти путь модернизации;

—  опыт социалистических стран (СССР, Восточная Европа, Китай и др.), которые за счет сверхконцентрации и централиза­ции ресурсов стремились достичь наивысших показателей индус­триального, а затем и постиндустриального развития.

Теоретически оптимальным выступает проведение модерни­зации в форме эволюции, на основе консенсуса ведущих полити­ческих сил. Речь идет о выборе такой ее модели, которая не была бы построена на слепом заимствовании зарубежного опыта, а син­тезировала лучшие его стороны с историческими традициями и особенностями модернизирующегося общества. Для успеха важ­ны также благоприятные международные условия, возможность привлечь зарубежные источники субсидирования и передовых технологий на льготных условиях, добиться расширения внешних рынков сбыта для продукции модернизирующихся отраслей.

Несмотря на широкое осознание мировым сообществом того, что успешное решение проблемы модернизации сняло бы конф­ликтность развития многих регионов мира, облегчило бы экологи­ческую ситуацию в глобальном масштабе за счет распространения энерго- и ресурсосберегающих технологий, большая часть программ содействия развитию, разработанных ООН и ЮНЕСКО, осталась на уровне рекомендаций. Помехой их осуществлению выступают как национальный эгоизм многих развитых государств, так и внут­ренняя конфликтность, противоречивость самого модернизационного процесса(юриспруденция и право ).

Политической философией знаменитого испанского "Пакта Монклоа", положившего начало поступательного перехода стра­ны от авторитаризма к демократии, была идея самоограничения. В России, по мнению А. Рябова, не созрели до такой философии.

Во-первых, модернизация в России осуществлялась исклю­чительно "сверху" путем административного регулирования, на­целенного на решение внешних, а не внутренних проблем.

Во-вторых, для политического и социального развития рос­сийского общества характерны такие явления, как раскол, разлом, ценностное разъединение.

В-третьих, последовательная смена реформ и контрреформ.

В-четвертых, современная российская политическая система, не обладающая внутренними источниками для саморазвития, мо­жет в принципе достаточно долго сохранять устойчивость и отно­сительное равновесие в обществе при условии его стабильного существования.

Но столкновение подобной системы с новыми вызовами чре­вато серьезными потрясениями не только для элиты, но и для всего общества в целом.

Споры по поводу создания новой "национальной идеологии" ведутся давно. Спектр высказываемых в них мнений чрезвычай­но широк. Думается, что позитивная модель в данном случае вполне осуществима, но исключительно как идеология развития, модер­низации. Она должна ориентироваться на стремление людей к личному благополучию и одновременно мобилизовывать коллек­тивный производственный, творческий, интеллектуальный потен­циал нации на мирное соревнование с иными государствами и народами.

С одной стороны, интегративная идеология модернизации при­звана апеллировать к позитивным мотивам поведения людей, со­действовать их консолидации. С другой стороны, новая нацио­нальная идеология лишь тогда имеет шанс стать эффективным инструментом политической мобилизации, когда она будет тесно сопряжена с политическим курсом модернизации.

Порядок и систему понятий, категорий и определений, относя­щихся к проблемам устойчивого развития, внесли документы кон­ференции ООН в Рио-де-Жанейро, а в России — Указ Президен­та РФ "О концепции перехода Российской Федерации к устойчи­вому развитию" от 1 апреля 1996 г. № 440, утвердивший прави­тельственную "концепцию перехода Российской Федерации к ус­тойчивому развитию" и Указ Президента РФ "О государственной стратегии экономической безопасности Российской Федерации (Основные положения)" от 29 апреля 1994 г. X? 608.

Только на пути модернизации общественной мысли и практи­ки Россия сохранит себя как один из основных геополитических центров XXI в.

Цивилизованное рассмотрение происходящих в мире процес­сов приобретает большую актуальность. Согласно глобалистскому анализу современных тенденций в мире уже ближайшее буду­щее будет во многом определяться "цивилизованными разлома­ми" и столкновением цивилизаций.

Случайные материалы:

• Политическая власть и ее значение
• Элиты в политической жизни общества
• Политическая наука и идеология
• Лоббизм в политической жизни общества
• Политические доктрины раннего и зрелого буржуазного общества. Часть I

Историческим первым вариантом конституционализма мож­но считать негативно-либеральную модель, основные составляю­щие которой — свобода человека, реализуемая в гражданских правах и принципе невмешательства государства в пространство индивида. Такая модель была основана на менталитете, который воспроизводился протестантской этикой, По преимуществу распро­страненной в США, Англии, англоязычных странах и в некоторых странах Северной и Центральной Европы. Идеал общества видел­ся в обеспечении свободы человека, умеренных налогах и защите государством общего порядка и внешней безопасности.

При таком конституционном строе налагается двоякое огра­ничение: некоторые виды вмешательства власти в общественную и частную жизнь запрещаются, а процедуры осуществления власти четко предписываются. С одной стороны, правительству запреще­ны некоторые виды деятельности, а государству непозволительно вмешиваться в дела частных лиц. В США первые десять попра­вок к Конституции ограничивают власть как федерального, так и местного правительства. С другой стороны, исполнительная, зако­нодательная и судебная власти должны действовать в соответствии с процедурами, предписанными Конституцией, или подзаконными актами. Таким образом, конституционное правление связано с обес­печением прав и свобод граждан и ограничением власти прави­тельства.

В Европе к конституционализму шли иным путем, через кон­цепцию правового государства. Эта идея возникла в Германии на базе традиций полицейского государства, формирования начал юридического мировоззрения населения. Она стала выразителем исторической критики принципа невмешательства государства и одновременно моделью, соединяющей идеи конституционализма с этатизмом.

К этому времени политическая практика развеяла миф о вы­сокой рациональности и эффективности негативно-либеральной модели. Постепенно в условиях индустриализированного и урба­низированного общества для преодоления противоречий, возни­кавших при реализации существующих конституционных идей, формируется позитивно-либертарная модель конституционализ­ма. Смысл ее заключается в идее регулирующего государства (В. Вильсон), которое бы предоставляло всем участникам поли­тической жизни необходимые условия и возможности для само­развития.

Концепция особой роли государства в жизни общества выра­зила новое направление в понимании сути конституционализма, судьба которого попадала в зависимость от самого государства, его способности и возможности расширять и гарантировать сво­боду граждан, а само государство становилось зависимо от граж­данского общества. В Европе эти идеи по существу смыкались с идеями правового и социально-правового государства.

Анализ конституционного законодательства и практики его применения позволяет выделить некоторые направления разви­тия современного конституционализма.

1. Одним из важных достижений конституционализма, опре­деляющим его социальную значимость и перспективу, является то, что практически все конституции содержат положения о расши­рении индивидуальных прав и свобод, независимо от их нацио­нальной, классовой или конфессиальной направленности. Приме­ром в этом плане могут служить Конституции США, Испании, России, Мексики и др.

2.  Политическим открытием можно считать появление вXX в. конституционных судов, конституционного судопроизводства. Наибольшее распространение они получили в Европе, в частности, в политической теории и практике Германии, Италии конституци­онные суды считаются наиболее авторитетными институтами. В ряде стран хранителями конституций выступают Верховные суды.

3. Тесное политическое и экономическое сотрудничество ев­ропейских стран предопределило некоторые новации в трактовке идеи национального суверенитета. Так, преамбула французской Конституции устанавливает, что "при условиях взаимного согла­сия Франция допускает ограничения своего суверенитета, необхо­димые для достижения и защиты мира". Подобные положения содержатся и в итальянской Конституции.

4. Своеобразие тенденций развития конституционализма в странах восточного типа политической культуры можно увидеть на примере Конституции Ирана. Верховная власть, утверждает иранская Конституция, — это Бог, а люди могут лишь толковать и исполнять божественные предназначения. В исламе выполнять волю Бога означает действовать в соответствии с мусульманским правом, которое представляет не некий законченный свод правил поведения на все случаи жизни (как нередко считают), а весьма гибкую законодательную систему. Эта система характеризуется особым сочетанием элементов религиозного и светского демокра­тизма, закреплением особых прав духовенства и принципа выбор­ности, широких полномочий парламента.

5. Для развития конституционализма важнейшее, определя­ющее значение имеют конституции как документы, содержащие основополагающие идеи государственного устройства, нормы, об­ладающие высшей юридической силой. Дальнейшее развитие пи­саных конституций — одно из главных направлений конституци­онного строительства.

Однако следует отметить и некоторые исключения, характери­зующие специфику развития конституционализма в ряде стран, обусловленную разрывом сущности, формы и содержания. Нали­чие конституции само по себе еще не гарантирует конституцион­ную форму правления. В западной истории были примеры, когда правительства тех или иных стр'ан считались конституционными, в то время как в формальном смысле основной закон в этих странах отсутствовал. В Великобритании — источнике многих современ­ных конституционных традиций — до настоящего времени не ус­тановлено подчинение правительственной деятельности какому-либо единому конституционному документу. С другой стороны, в XX в. имелось немало случаев, когда самые заурядные тирании действо­вали под маской должным образом составленной конституции.

6. Современное конституционное развитие в России имеет свои особенности, которые заключаются в следующем: 1) россий­ский конституционализм, хотя и имеет уже свою историю (консти­туционные проекты XIX —XX вв., практика советского конститу­ционного строительства), может считаться в историческом плане достаточно молодым и перспективным; 2) активный процесс об­суждения и подготовки ряда проектов Конституции в конце 80-х — начале 90-х гг. завершился принятием Конституции РФ 1993 г. При всех критических замечаниях, существующих в литературе и прессе, действующая Конституция Российской Федерации являет­ся достижением мирового конституционализма; 3) дальнейшее развитие конституционализма в нашей стране на ближайшую пер­спективу должно идти по пути разработки и принятия предусмот­ренных Конституцией законов, создания соответствующих орга­нов, приведения конституций и уставов субъектов Федерации в соответствие с Конституцией РФ.

Случайные материалы:

• Право и политическая система
• Современная национальная политика в Российской Федерации — составная часть обновления общества
• Элиты в политической жизни общества
• Политическая идеология
• Политическая модернизация и развитие

Особый интерес для россиян, живущих и в Европе, и в Азии, пред­ставляет рассмотрение общих и отличительных черт восточной и за­падной политических культур, сопоставление их с российскими по­литическими традициями и ценностями. Для этого используется клю­чевое слово "политологическая ось". Этот термин избран неслучай­но: во-первых, он указывает на сложный, взаимозависимый характер современного политического мира, наличие в нем геополитических магистральных направлений, определяющих мировое развитие; во- вторых, он напоминает об исторической судьбе России быть причаст­ной к обоим типам политической культуры, испытывать их воздей­ствие на себе и оказывать влияние в том и другом направлении; в-третьих, данный термин свидетельствует о том, что прошлое, насто­ящее и будущее политическое взаимодействие Востока pi Запада не­возможно без непосредственного участия в нем России.

К числу общих черт, присущих политическим культурам раз­личных стран и континентов, следует отнести: 1) факторы, лежа­щие в основе их формирования (общественно-политическая сущ­ность человека, религия как таковая, государственно-властное офор­мление общества, общечеловеческие ценности); 2) основные зако­номерности развития политических явлений (взаимообусловлен­ность политики и экономики, политики и права, схожесть путей и последовательность этапов развития); 3) сущностные моменты (одинаковое в принципе значение политической власти, полити­ческой идеологии, основных политических институтов); 4) общие планетарные проблемы обусловливают необходимость политичес­кого взаимодействия, выработки общих политических позиций и норм, создания постоянных политических институтов и механиз­мов для их разрешения.

Особенности политических культур Востока, Запада и Рос­сии предопределены природно-климатическими и географически­ми условиями, религиозными и национальными факторами, исто­рически сложившимися социально-экономическими укладами и духовно-нравственными устоями, обычаями и традициями своих народов.

В качестве критериев, выявляющих эти особенности: 1) отно­шение человека к социальной и политической действительности; 2) отношение человека к государству, праву, закону; 3) отношение человека к самому себе, своим правам и обязанностям; 4) отноше­ние государственной политической власти к окружающей среде, человеку, праву, к другим государствам(политика и политология).

1. Окружающий реальный мир все люди на Земле восприни­мают как данность (неважно, дано ли это от Бога, Природы или Космоса), но на изменения в этом мире, и в том числе в политичес­ком, реагируют неодинаково. Неприятие реальности на Востоке может выразиться в отрешении человека от мира, погружении в недеяние, поиске причин свершившегося в самом себе на пути са­мосовершенствования. На Западе человек пытается сам изменить ситуацию, активно действует по перестройке окружающего мира, используя для этого все легальные способы. Россиянин сначала осмысливает, потом терпеливо ждет, когда все изменится к лучше­му, затем ищет виноватых и, наконец, когда наступает предел тер­пению, то или бунтует и пытается восстановить справедливость любыми средствами, или машет на все рукой и продолжает тру­диться для семьи и государства.
2. На Востоке человек уверен в божественном происхожде­нии государства, он не различает право и закон, считая их едины­ми и священными правилами жизни, с пиететом относится к чи­новникам, священникам, старикам, как посредникам между влас­тью и индивидом. Западные политические традиции отражают отношение человека к государству и праву как необходимым явлениям, созданным для упорядочения и обеспечения прав и сво­бод индивидов, как средствам защиты собственности, свободы пред­принимательской деятельности. Рассматривая государство в ка­честве партнера на потребительском рынке политических услуг, субъекты политики предпочитают состязательный тип участия во власти, многообразие форм политической жизни, соблюдение пра­вил игры, примат общегосударственных установлений перед мест­ными и групповыми. Российский политический менталитет содер­жит весьма противоречивые ощущения и представления о госу­дарстве и праве, которые, как ни странно, могут иногда уживаться в одном человеке. С одной стороны, государство политически вос­принимается как могущественная держава, объединяющая и сто­ящая на страже всех. Для него уместны такие духовно-нравствен­ные характеристики, как отечество, родина-мать, и все это освяща­ется российским патриотизмом и верой в правое дело. В крити­ческие моменты истории каждый готов подняться на защиту своей Родины. С другой стороны, отношение к государству и праву но­сит негативный характер, люди видят в них учреждения силового, принудительного порядка, а в чиновниках мздоимцев, устраиваю­щих лишь свои дела. В то же время неверие в политические ин­ституты сочетается с всепрощением государству как явлению транс­цендентному. В настоящее время все более крепнет тенденция, характеризующая поворот мыслящих и порядочных россиян к обустройству государства собственными руками через цивилизо­ванные формы политического участия с использованием своих прав, свобод и обязанностей.

3. Отношение государства к отдельному человеку на Востоке отражается в убежденности харизматических лидеров в том, что все, что бы они ни делали, идет от Всевышнего и поэтому никакого контроля и никакой ответственности на земле они не несут перед индивидом. Этому способствуют авторитарные типы правления, корпоративистская структура общества, сильное влияние религи­озных канонов.

На Западе государственная власть чувствует себя ответствен­ной перед личностью, сознает подчиненность и свою временность перед хорошо организованным, структурированным гражданским обществом. Государство поощряет создание различных механиз­мов реализации прав граждан, строго проводит политику уваже­ния к законам и судебным решениям.

Современное Российское государство провозгласило себя де­мократическим правовым государством, а человека, его права и свободы — высшей ценностью. Признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина — обязанностью государ­ства. От декларации до реальности значительное расстояние, но если каждый из нас приложит к этому свой ум и руку, то так оно и будет.

Разумеется, приведенное сопоставление имеет относительное значение, так как невозможно охватить все варианты и ситуации постоянно меняющейся картины политического мира.

Для нас важно видеть то общее, что можно использовать во имя мира и блага всех, а также то особенное, что требует уважения, терпимости. Нельзя западный индивидуализм насильно внедрить на Востоке и в России, точно так же нельзя немедленно отказы­ваться от коллективистских форм политического общения в уго­ду якобы уже состоявшемуся "частному" человеку. Следует учи­тывать, что каждая национальная культура вырабатывает свои на­боры ценностей, которые влияют на другие политические культу­ры, причем вопрос состоит только в степени восприимчивости. Здесь можно говорить о мощном выходе американской культуры за пределы США, о традиционных политических культурах евро­пейских стран, консолидировавшихся в значительной степени и противостоящих ныне излишнему влиянию извне, о религиозных политических доктринах Востока (конфуцианство, буддизм, ис­лам), переживающих новый этап развития.

В конечном счете важно, чтобы во всех политических культу­рах отражалось осознание необходимости сохранения мира на Земле, обеспечения дальнейшего цивилизационного развития, пред­полагающего многовариантность будущего.

Новости Барнаула

Случайные материалы:

• Общая характеристика политической системы общества
• Политическая мысль России. Часть I
• Понятие и сущность политики
• Происхождение политики как особого общественного явления
• Политика и право

Мировой правопорядок суть система общественных пла­нетарных отношений, формирующихся на основе общегумани­стических и естественно-правовых начал и функционирующих в соответствии с общепризнанными принципами и нормами меж­дународного и внутригосударственного права.

Мировой правопорядок следует рассматривать как опреде­ленную реальность, результат реализации разнообразных отноше­ний, взаимодействия людей и государств на нашей планете. Необ­ходимость и основания его формирования выявляются в рамках соотношений трех видов: 1) человек — непосредственная среда обитания — страна — планета — космос; 2) человек — коллек­тив — общество — мировое сообщество; 3) человек — его пра­вовой статус — правовая система общества (государства) — меж­дународное право — мировой правопорядок.

Важнейшим фактором, обусловливающим необходимость со­здания мирового правопорядка и его дальнейшего упрочения, вы­ступает решение проблем, которое осуществимо только при вза­имном согласии и сотрудничестве разных народов и государств. Это проблемы экологической безопасности, поиска и использова­ния энергетических ресурсов, сохранения человека как оригиналь­ной индивидуальности, предотвращения ядерной войны. Следую­щий ряд проблем связан с коллективной реакцией на стихийные природные явления — наводнения, ураганы, извержения вулка­нов, землетрясения. Необходимость установления общемировых правовых правил вызвана все усиливающейся интернационализа­цией хозяйственных связей, всеобщим характером научно-техни­ческой революции, возрастанием роли и значения новых глобаль­ных информационных технологий.

Одним из факторов, обусловливающих возможность станов­ления и развития мирового правопорядка, выступает само право, его общечеловеческие сущностные качества. У разных народов во все времена право — это одно и то же явление, только с разной степенью развитости, оформления, понимания и освоения.

1. Универсальность и абсолютность права в нашем понима­нии доказывается наличием у него таких сущностных принципов и черт, которые, во-первых, характеризуют его как самостоятель­ное социальное явление, а во-вторых, присутствуют (фактически или в тенденции) в любой правовой системе на каждом из исто­рически обозначенных отрезков пути ее развития. В качестве та­ковых можно назвать принцип разумности (разума), принцип спра­ведливости, принцип равенства (равной свободы), принцип свобо­ды воли и поведения.

Принцип разумности, уходя своими корнями в космическую и природную целесообразность, как бы очеловечивает право, опре­деляет перспективы и границы его функционирования. Любое тво­рение человека, прошедшее проверку историей, может считаться целесообразным. Да и сам человек, как полагал Гегель, должен найти в праве свой разум. Естественно, что все иррациональное, фатальное, разрушительное остается за пределами права.

Идеи справедливости и всеобщего равенства людей, возник­шие еще в древности, практическое воплощение в праве получали по исторической возрастающей. Если в рабовладельческом Риме названные принципы распространялись лишь на свободных лю­дей, то в феодальном обществе круг людей, подпадающих под их действие, уже дифференцировался по сословиям, а современные правовые системы развитых стран закрепляют справедливость и равенство в качестве всеобщих принципов. Логику расширения объема круга лиц и гарантий реализации этих принципов, в част­ности в англосаксонской правовой системе, можно проследить на примере таких актов, как Великая хартия вольностей (1215 г.), Петиция о праве (1628 г.), Хабеас корпус акт (1679 г.), Билль о правах (1689 г.).

Одним из краеугольных камней любой правовой системы яв­ляется принцшг свободы воли и поведения. При столкновении сво­боды одного человека со свободой другого возникает необходи­мость установить соответствие между ними, ограничив ту и дру­гую. Ограничение пределов действий свободы человека и провер­ка его практикой общения означают установление меры свободы волеизъявления и действий каждого индивида, возникновение об­щей нормы поведения в соответствии с этой мерой.

С давних времен было замечено определяющее значение сво­боды для объяснения феномена права. "Свобода есть возможность делать то, что позволено по праву", — утверждалось в Дигестах Юстиниана. В качестве основополагающего принципа правового государства рассматривал свободу человека Кант. На правовое значение свободы как предела, на юридические формы ее суще­ствования в виде закона указывал Маркс. Как взаимное ограни­чение внешней свободы посредством норм определяли право Б. Чи­черин, Е. Трубецкой. Сущностные характеристики права в каче­стве меры свободы подчеркивает В. Нерсесянц.

Иными словами, данный принцип имеет всеобщий, сквозной характер. Возникший как атрибут естественного права, он свое наиболее полное в сравнительно-историческом плане выражение получил в современном позитивном праве и международно-пра- вовых актах (Всеобщей декларации прав человека 1948 г., Меж­дународном пакте об экономических, социальных и культурных правах и Международном пакте о гражданских и политических правах 1966 г.).

1. Представляется бесспорным универсальное значение та­ких черт права, как нормативность, формальная определенность, системность, обеспеченность авторитетом и силой. В частности, нормативность проявляется уже на самых ранних стадиях разви­тия человеческого общества и у всех народов, населяющих нашу планету. Археологи и этнографы обнаруживают элементы соци­ального нормативного регулирования у австралийских абориге­нов и в странах тропической Африки, на уровне групп охотников- собирателей и в более развитых социальных организациях. Мо­нонормы и нормы — масштабы поведения находим в индусских Ведах, мусульманском Коране и христианской Библии, в законах Ману и Хаммурапи, Салической и Русской правдах.
2. Историческую преемственность "общечеловеческого" пра­ва можно наблюдать в функционировании различных правовых институтов, конструкций, технологических юридических процес­сов. Интересна, например, трансформация запретов в праве — от абсолютно категоричного и однозначного "табу" в доклассовом обществе до современного многоканального способа правового ре­гулирования. Во всех правовых системах можно встретить в том или ином виде триаду субъектов права: индивид, коллектив, госу­дарство. Типичными выглядят источники (обычай, прецедент, нор­мативный акт) и этапы формирования права, много общего в соче­тании естественных, традиционных и позитивных начал в право­вых системах современности.

Изложенное позволяет сделать вывод о том, что право — явление общечеловеческое и оно едино по своей изначальной сущ­ности как мера свободы воли и поведения человека. Это один из важнейших факторов мирового интеграционного процесса, кото­рый благодаря своим гуманистическим качествам способствует взаимопониманию и сотрудничеству людей, принадлежащих к раз­личным социально-политическим, религиозным, идеологическим системам. Отмеченные качества права как такового позволяют взаимодействовать нормам внутригосударственного и междуна­родного права в деле формирования мирового правопорядка.

Случайные материалы:

• Политическая модернизация и развитие
• Государство в политической системе общества
• Политическая наука и идеология
• Происхождение политики как особого общественного явления
• Политическая социализация

Права человека — это естественные возможности индиви­да, обеспечивающие его жизнь, человеческое достоинство и свободу деятельности во всех сферах общественной жизни. Государство закрепляет права человека в законе и обеспечивает их реализацию.

Первые мысли о правах человека мы встречаем у ученых древности. Еще Аристотель утверждал, что все люди от рождения имеют естественные права, обусловленные природой. В средние века идея естественных прав всех людей феодальным государ­ством была отвергнута, и права человека стали трактоваться как дарованные монархом привилегии. Возрождение и развитие кон­цепции естественного права происходит в XVII в. В Новое время были сформулированы и обоснованы фундаментальные права че­ловека на жизнь, безопасность, свободу, собственность, сопротив­ление угнетению, насилию и др.

Первыми политико-правовыми документами, провозгласивши­ми и закрепившими основные права человека, являются Вирджин­ская декларация (1776 г.), Билль о правах Конституции США (1791 г.), Французская декларация прав человека и гражданина (1789 г.).

В настоящее время подписаны и действуют более 50 между­народных документов, провозглашающих и регулирующих права человека. Это Всеобщая декларация прав человека, принятая Ге­неральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г., Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах (1966 г.) и Международный пакт о гражданских и политических правах (1966 г.), Заключительный акт Совещания по безопасности И со­трудничеству в Европе (1975 г.), Африканская хартия прав чело­века и народов (1981 г.), Конвенция против пыток и других жес­токих, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обра­щения и наказания (1984 г.), Итоговый документ Венской встречи представителей государств — участников Совещания по безопас­ности и сотрудничеству в Европе (1989 г.), Парижская хартия для новой Европы (1990 г.) и т. д. Декларируемые этими и другими международными документами правовые нормы, права и свободы человека в разном объеме включены в конституции и другие зако­ны государств.

В современной политической науке и политико-правовых до­кументах права человека подразделяются на гражданские, поли­тические, экономические, социальные и др.

Гражданские права — это совокупность правомочий, от­ражающих естественно-правовые начала: право на жизнь, сво­боду, неприкосновенность личности и жилища, защиту чести и достоинства, справедливый, независимый и публичный суд, тай­ну переписки и телефонных переговоров, свободу передвиже­ния и выбора места жительства, право покидать любое госу­дарство и возвращаться в свою страну, на равенство перед за­коном и т. д.

Политические права определяют возможность участия граж­дан в общественно-политической жизни страны и управлении го­сударственными делами. Это избирательные права, право на сво­боду объединения, включая право создавать союзы и ассоциации, право на проведение демонстраций, шествий, митингов и собраний, на получение информации, на политическое убежище и др. При тоталитарном и авторитарном режимах политические права носят в основном разрешительный характер, при демократическом — регистрационный.

Экономические права обеспечивают индивиду свободное рас­поряжение основными факторами хозяйственной деятельности и проявление хозяйственной инициативы. Основные из них: право на труд, собственность, предпринимательство, право распоряже­ния своей рабочей силой.

Социальные права направлены на обеспечение человеку дос­тойного уровня жизни и социальной защищенности: право на труд, отдых, социальное обеспечение, жилище, на защиту здоровья, со­здание семьи, благоприятную окружающую среду, образование, доступ к культурным ценностям, художественное и техническое творчество, право на свободу мысли, совести и религии.

Права человека могут быть индивидуальными (права инди­вида) и коллективными (права народов, национальных, сексуаль­ных меньшинств и др.).

Права человека неразрывно связаны с его обязанностями. "Каждый человек имеет обязанности перед обществом, в котором только и возможно свободное и полное развитие его личности", — говорится в ст. 29 Всеобщей декларации прав человека. Но "при осуществлении своих прав и свобод каждый человек должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены за­коном исключительно с целью обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других и удовлетворения справедли­вых требований морали, общественного порядка и общего благо­состояния в демократическом обществе".

К основным обязанностям граждан относятся: соблюдение законов, уважение прав и свобод других лиц, уплата налогов, под­чинение предписаниям полиции (милиции), сохранение природы (окружающей среды), памятников культуры и др. В некоторых странах законодательно закреплены обязанности трудиться, уча­ствовать в выборах органов власти, воспитывать детей, заботиться о престарелых родителях, о своем здоровье и др.

Обязательными условиями реализации прав граждан явля­ются: соответствующие гарантии государства (экономические, по­литические, юридические и духовно-нравственные); хорошо отла­женный административно-хозяйственный механизм реализации провозглашенных государством прав; законодательно закреплен­ная ответственность органов власти, должностных лиц и рядовых граждан за соблюдение прав человека.

В настоящее время эффективный контроль за соблюдением прав человека осуществляется международными региональными органами. Именно таким органом является Совет Европы. Со­гласно ст. 1 Статута (Устава) Совета Европы, принятого в Лондо­не 5 мая 1949 г., целью этой организации является достижение единения его членов в целях сохранения и осуществления идеа­лов и принципов, которые "являются их общим наследием и спо­собствуют усилению их экономического и социального прогрес­са". В центре деятельности Совета — обеспечение высокого стан­дарта защиты прав человека.

С момента вступления в силу Европейской конвенции о за­щите прав человека 1950 г. любое государство получило воз­можность обращаться с петицией по поводу нарушения ее поло­жений в Европейскую комиссию по правам человека. Число членов Комиссии равно числу государств — членов Совета Ев­ропы. С 1964 г. помощь была предоставлена 780 подателям пе­тиций.

Европейский суд по правам человека был учрежден в 1959 г. в соответствии с положениями Европейской конвенции о защите прав человека (ЕКПЧ) в целях обеспечения соблюдения обяза­тельств, взятых на себя государствами — участниками Конвен­ции.

Суд состоит из числа судей, равного числу государств — чле­нов Совета Европы. Судьи избираются Консультативной ассамб­леей на девятилетний срок из списка лиц, представляемого госу­дарствами — членами Совета. Каждый член Совета выдвигает трех кандидатов, из которых по крайней мере двое должны быть гражданами соответствующего государства. Судьи выступают в Суде в личном качестве и при исполнении своих обязанностей полностью независимы. В течение срока полномочий судьи не должны занимать никаких должностей, несовместимых с их неза­висимостью и беспристрастностью как членов Суда или требова­ниями этого поста (п. 7 ст. 40 Конвенции).

В 1996 г. Россия подписала протокол о присоединении к Ев­ропейской конвенции. Это событие произошло одновременно с вступлением нашей страны в полноправные члены Совета Евро­пы. В соответствии с подписанным протоколом Россия взяла на себя обязательства по обеспечению российским гражданам пользо­вания основными гражданскими и политическими правами, за­крепленными в ЕКПЧ. Кроме того, наша страна признала абсо­лютную юрисдикцию Европейского суда по правам человека, ре­шения которого обязательны для исполнения всеми органами го­сударственной власти Российской Федерации.

В соответствии со ст. 45 Конституции РФ государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Феде­рации гарантируется. Это значит, что государство и его органы обязаны признавать, соблюдать и защищать права и свободы чело­века и гражданина (ст. 2 Конституции РФ). Законодательное обеспечение системы прав личности, человека и гражданина — одно из основных направлений правовой реформы в нашей стра­не.
рецепты салатов

Случайные материалы:

• Происхождение политики как особого общественного явления
• Элиты в политической жизни общества
• Историческая взаимосвязь и преемственность политических явлений.
• Государство в политической системе общества
• Политические конфликты, кризисы и государственно-правовые способы их разрешения

25 апреля 1945 г. в Сан-Франциско собрались представители 50 государств, чтобы создать Организацию Объединенных Наций

"Предохранить грядущие поколения от ужасов войны" — вот цель новой всемирной организации, отраженная в ее Уставе, который был единогласно принят 24 июня 1945 г. Статья VII Устава пре­дусматривает создание действенного механизма по поддержанию мира, с помощью которого можно положить конец проискам нару­шителей спокойствия.

Спустя 50 лет после учредительной конференции междуна­родное сообщество, насчитывающее уже 185 членов, стоит перед той же реальностью, что и в те далекие времена: мир разделен на зону мира, демократии, прав человека, гражданского порядка и процве­тания и на зону отсутствия мира, авторитарных режимов, непризна­ния прав человека. "Единый Мир для всех" — это цель будущего.

В своей деятельности ООН старается учитывать два проти­воречивых принципа: равенство всех суверенных государств пе­ред лицом международного права; признание того факта, что от­дельные государства значительно сильнее других и не будут при­знавать такого решения большинства, которое, по их мнению, мо­жет угрожать их жизненным интересам.

Главными органами ООН являются: Генеральная Ассамблея, Совет Безопасности, Совет по опеке, Международный суд и Сек­ретариат.

Генеральная Ассамблея — основной политический консуль­тативный орган ООН. Государства-участники представлены в ней делегациями (не более пяти человек в каждой). Каждое государ- ство-участник обладает в Генеральной Ассамблее ООН одним го­лосом. Делегаты могут принимать лишь резолюции, т. е. не обяза­тельные в правовом отношении рекомендации.

Совет Безопасности несет главную ответственность в деле обеспечения мира и является единственным органом ООН, кото­рый может принимать решения, обязательные для государств-уча­стников. Наряду с пятью постоянными членами в Совет Безопас­ности Генеральной Ассамблеей избираются на два года еще 10 непостоянных членов.

Деятельность этого единственного исполнительного органа ООН была парализована на протяжении сорока с лишним лет. Узок круг вопросов, по которым Совету все же удавалось принять решения. Прежде всего это палестинский вопрос, который после 1967 г. стал называться ближневосточной проблемой, а также кипр­ский вопрос, апартеид в ЮАР, индо-пакистанский пограничный конфликт, конфликты Намибии с Анголой и Родезией, Ирана с Ираком, Аргентины с Британией. Однако решения по этим вопро­сам носили локальный характер и, вполне способствуя делу мира в частных случаях, нисколько не содействовали, а порой даже вре­дили делу мира в целом.

Постоянным членам СБ (США, РФ, Англия, Франция, Ки­тай) дано право вето. Слова "вето" в Уставе ООН нет, но оно наиболее точно передает суть особого права пяти государств пре­пятствовать прохождению того или иного решения через СБ. Это право дано постоянным членам СБ для того, чтобы они в полной мере ощущали свою ответственность за защиту мира во всем мире. Данное право можно считать и признанием того факта, что без совместных усилий Китая, России, Соединенного Королевства, Со­единенных Штатов и Франции ни одно из решений СБ не удастся провести в жизнь в полной мере. По сложившейся ооновской тра­диции отсутствие при голосовании или воздержание от него одно­го из постоянных членов СБ не считается несовпадением его мне­ния с мнением остальных постоянных членов.

Специализированные учреждения ООН. В систему ООН входят 16 межправительственных специализированных учрежде­ний, независимых в правовом, организационном и финансовом плане. Это Организация Объединенных Наций по вопросам обра­зования, науки и культуры (ЮНЕСКО), Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ), Международный валютный фонд (МВФ), Продовольственная и сельскохозяйственная организация ООН (ФАО) и т. д.

Секретариат ООН, насчитывающий 30 ООО сотрудников, за­нимается подготовкой, обслуживанием и осуществлением программ, принятых другими органами. С 1996 г. его возглавляет предста­витель Ганы Кофи Аннан.

ООН была и остается одной из главнейших международных организаций по реализации принципа мирного сосуществования государств на нашей планете.

Война против Югославии — вызов сложившемуся после Второй мировой войны миропорядку, системе поддержания мира и безопасности, за которую народы, прежде всего европейцы, запла­тили десятками миллионов жизней.

Оказался подорванным престиж и авторитет ООН и ОБСЕ — признанных легитимных организаций, призванных от имени меж­дународного сообщества содействовать обеспечению мира и безо­пасности. Предложенный Россией проект резолюции СБ ООН с осуждением агрессии не получил необходимой поддержки.

Случайные материалы:

• Политическое лидерство
• Политология как учебная дисциплина
• Общая характеристика социальной власти
• Предмет и методы политологии
• Политическая оппозиция

Приоритетность отношений со странами СНГ в политике Рос­сии определяется прежде всего тем, что на территории СНГ сосре­доточены наши главные жизненные интересы в области экономи­ки, обороны, безопасности, защиты прав россиян.

К основным задачам политики России в отношении стран СНГ относятся: укрепление России в качестве ведущей силы формиро­вания новой системы межгосударственных политических и эконо­мических отношений на территории постсоюзного пространства, наращивание интеграционных процессов в СНГ. Предлагаемая Россией в рамках СНГ модель разноскоростной интеграции не является обязательной. Однако отношение к этой модели наших партнеров будет важным фактором, определяющим масштабы эко­номической, политической и военной поддержки их Россией.

В настоящее время можно говорить о трех уровнях интегра­ции в рамках СНГ.

Первый, наиболее высокий уровень получил воплощение в подписанном 2 апреля 1997 г. договоре России и Беларуси. 23 мая 1997 г. был подписан Устав Союза Беларуси и России, положе­ния которого четко определяют основные параметры интеграци­онного процесса двух государств. Текст договора отвечает требо­ваниям норм международного права.

Главными целями Союза станут дальнейшее правовое за­крепление отношений сотрудничества, повышение уровня жизни народов двух государств, социально-экономический прогресс го­сударств на основе использования механизмов функционирова­ния экономики, обеспечение безопасности Союза, согласование внешнеполитической деятельности. Устав вводит институт граж­данства Союза, предусматривает постепенное формирование уни­фицированной валютной системы. Союз создается на конституци­онных основах двух государств. В качестве важнейших обязанно­стей его участников Устав закрепляет обеспечение свободы слова и СМИ, гарантии деятельности партий и общественных организа­ций, неприкосновенность частной собственности, защиту прав ин­весторов в пределах Союза, поддержку свободной экономической конкуренции. В докладе Совета по внешней и оборонной полити­ке сделан вывод, что выгоды Союза фундаментальны, а негатив­ные последствия минимальны.

Второй уровень представлен договором России, Беларуси, Ка­захстана и Киргизии. Его главная цель — согласование прежде всего экономической политики и принятие обязательных для исполне­ния всеми участниками совместных программ ведения экономичес­ких реформ. Уже созданы Таможенный союз России, Беларуси, Ка­захстана и Киргизии, Центральноазиатский Союз и другие органы.

Третий уровень — деятельность в рамках всего СНГ.

Истекший период жизни СНГ отмечен решительными дей­ствиями в миротворческом аспекте. Идеи сохранения отношений добрососедства и мира изначально были заявлены как приоритеты и закреплены в первых документах, принятых в рамках СНГ. Се­годня дело миротворчества опирается на прочный правовой фун­дамент. Это Декларация о неприменении силы или угрозы силой во взаимоотношениях государств, Соглашение о коллективных ми­ротворческих силах и совместных мерах по их материальному и техническому обеспечению, Меморандум о поддержании мира и стабильности в Содружестве и другие документы.

Понимая исключительную важность коллективной обороны, главы государств Содружества еще 15 мая 1992 г. приняли реше­ние о создании военно-политического союза, подписав Договор о коллективной безопасности.

С осени 1994 г. интеграционные процессы в военной области начали переходить в практическую плоскость. 21 октября 1994 г.

главы стран СНГ подписали меморандум Совета глав государств Содружества "Основные направления интеграционного развития Содружества Независимых Государств". 10 февраля 1995 г. все­ми государствами СНГ (кроме Азербайджанской Республики) подписана Концепция коллективной безопасности государств — участников Договора о коллективной безопасности. Во всех этих документах необходимость создания системы безопасности зафик­сирована как первоочередная задача, причем формирование такой системы будет идти последовательно и поэтапно. Конкретные ме­роприятия отражены в плане реализации Концепции коллектив­ной безопасности и Основных направлениях углубления военного сотрудничества.

Вот некоторые из этих мероприятий: завершение создания национальных вооруженных сил; разработка программ военного и военно-технического сотруд­ничества, разработка правовых актов, регламентирующих функ­ционирование системы коллективной безопасности;

создание совместной (объединенной) системы ПВО и т. д. В активизации процесса военной интеграции сегодня заинте­ресованы практически все государства Содружества. Естественно, что степень участия в нем у всех разная и определяется самими государствами в зависимости от политических, экономических и других условий. 20 апреля 1999 г. истек срок договора о коллек­тивной безопасности (ДКБ) и протокол о его продлении подписа­ли только 6 стран — Армения, Белоруссия, Казахстан, Кыргыз­стан, Россия, Таджикистан. Три других страны — участницы ДКБ — Азербайджан, Грузия, Узбекистан — решили выйти из договора по причине несоответствия, на их взгляд, договора но­вым политическим реалиям. Таким образом, организованная под эгидой России коллективная оборона стран — участниц ДКБ про­тивостоит другой формирующейся военно-политической группи­ровке ГУ У AM (Грузия, Украина, Узбекистан, Азербайджан и Мол­дова), делающей ставку на поддержку НАТО.

Заработок для авторов! Делитесь своим Опытом и зарабатывай!

Случайные материалы:

• Об изучении политологии в юридическом вузе
• Политические доктрины раннего и зрелого буржуазного общества. Часть II
• Закономерности развития политической системы общества
• Предмет и методы политологии
• Проблемы становления и укрепления государственной власти в Российской Федерации

Приоритетные задачи внешней политики России следую­щие:

1. Создание наилучших внешних условий, благоприятствую­щих укреплению территориальной целостности нашего государ­ства.
2. Укрепление центростремительных тенденций на террито­рии бывшего СССР. Суверенитет, полученный бывшими респуб­ликами Союза, необратим, но это не отрицает возможности реин­теграционных процессов, в первую очередь в экономической обла­сти.
3. Стабилизация международного положения на региональ­ном уровне. Добившись успехов в стабилизации международного положения на глобальном уровне, необходимо активизировать деятельность по урегулированию региональных, межнациональ­ных, межэтнических и межгосударственных конфликтов.

4. Развитие плодотворных межгосударственных отношений, препятствующих созданию новых очагов напряженности, особен­но распространению оружия массового уничтожения.

Особое место во внешней политике России занимает ее учас­тие в создании всеобъемлющей системы европейской безопасности.

Россия готова поддержать программу "Партнерство во имя мира" в той мере, в какой она будет учитывать интересы безопасно­сти всех без исключения государств и основываться не на блоко­вой, а на общеевропейской системе безопасности. Так, в обращении Государственной Думы к Президенту Российской Федерации отме­чается, что "расширение НАТО приведет к геополитическому пере­делу Европы. Это нанесет ущерб интересам общеевропейской безо­пасности, создаст новые разделительные линии и барьеры на конти­ненте. Возникнет опасность первого серьезного кризиса в Европе после окончания "холодной войны".

Факты говорят о том, что позитивные сдвиги в мире не стали еще всеохватывающими и не приобрели необратимого характера. "Призрак войны" спрятался и замер, но отнюдь не ушел из Евро­пы, тем более мира. Военная акция НАТО против Югославии вызвала самое острое и опасное противостояние США и России со времен Берлинского и Карибского кризисов начала 60-х гг. Какими бы гуманитарно-политическими доводами ни оправдыва­лась силовая акция НАТО, она представляет собой юридически бесспорный акт агрессии, грубейшего нарушения Устава ООН, Хельсинкского акта 1975 г., Основополагающего акта Россия — НАТО 1997 г.

В сложившейся сейчас в мире военно-политической обста­новке весьма сложно установить, где и когда потенциальные угро­жающие факторы могут перерасти в реальную кризисную ситуа­цию или вооруженный конфликт. Исходя из сказанного, можно определить лишь угрозы, с которыми уже сталкивается в настоя­щее время или может столкнуться в будущем Россия.

В политической сфере это действия некоторых государств, националистических движений по подрыву территориальной це­лостности России, ослаблению связей РФ с бывшими республика­ми СССР, странами Центральной и Восточной Европы, а также с государствами в районах нашего традиционного сотрудничества; территориальные притязания к России; попытки отстранения Рос­сии от решения ключевых международных проблем и деятельно­сти в международных организациях.

В экономической области — стремление ослабить экономи­ческую самостоятельность РФ, ее технологический и промышлен­ный потенциал, сделать ее топливно-сырьевым придатком веду­щих стран мира; ограничить присутствие России на зарубежных рынках, а в перспективе и вытеснить ее оттуда, не допустить ее равноправного участия в международных финансово-экономичес­ких и торговых организациях.

В военной сфере — сохранение реальных и потенциальных очагов вооруженных конфликтов в непосредственной близости от российских границ; распространение ядерного и других видов оружия массового уничтожения, средств его доставки и новейших вооруженных технологий в сочетании с попытками отдельных стран использовать их в своих корыстных целях; наличие у ряда стран вооруженных сил, обладающих как ядерным оружием, так и дос­таточно большим количеством современных обычных вооруже­ний, особенно высокоточных.

В многополярном мире все еще не утратили своего значения силовые факторы. Поэтому Россия обязана учитывать позицию и влияние на ход мировых событий основных центров силового давления. К этим центрам относятся:

США, не снижающие свой потенциал ядерных и обычных во­оружений при наличии тенденции занять место мирового лидера;

государства Западной Европы, интегрирующие экономичес­кие и военные возможности, стремящиеся завоевать самостоятель­ное место на мировой политической арене и на ближайшую перс­пективу консолидирующиеся с США;

государства Юга, особенно исламского мира, накопившие до­статочно большое количество вооружений, обладающие реальным потенциалом создания ядерного и химического оружия, проявля­ющие амбициозность, агрессивные и непредсказуемые в своих дей­ствиях;

страны Юго-Восточной Азии, в частности Китай и Япония, обладающие достаточно мощным экономическим и военным по­тенциалом и стремящиеся к гегемонии в регионе.

Наилучшей политикой для России является поддержание динамичного равновесия между основными центрами силы. Ска­занное означает, что она не должна ни вступать в конфронтацию ни с одной из этих стран, ни впадать в одностороннюю зависи­мость от какой бы то ни было из них. Оптимальной стратегией для России в ближайшее десятилетие (а возможно, и на весь XXI в.) является "стратегия равноприближенности". В отношениях с ука­занными странами наблюдается переход к прагматичной, спокой­ной и взвешенной политике. Выражается это в следующем.

В отношениях с США: стратегическая стабильность, догово­ренность о нераспространении оружия массового уничтожения и средств его доставки, предотвращение и ликвидация региональ­ных конфликтов, военно-техническое сотрудничество, разоруже­ние и контроль над вооружениями.

Неконтролируемая гонка стратегических вооружений закон­чилась в 1972 г., когда СССР и США подписали Договор об огра­ничении систем противоракетной обороны, а Договором ОСВ-1 были установлены предельные уровни стратегических вооружений. До­говор ОСВ-2 (1979 г.) расширил область ограничений, а Договор СНВ-1 (1991 г.) зафиксировал уровни, до которых стороны обяза­лись сократить свои вооружения за 7 лет. Договор СНВ-1 вступил в силу в 1994 г. В январе 1993 г. был подписан Договор СНВ-2.

Россия собирается ратифицировать этот договор, но лишь если США, уже ратифицировавшие его, не будут вести дело к пересмот­ру Договора 1972 г. по ПРО. Существуют тактическая и страте­гическая противоракетные обороны. Тактическая ПРО имеет право на существование, а стратегическая ПРО — нет. США в отноше­нии России преследует цель, во-первых, уменьшить ее военный потенциал, прежде всего ядерный, во-вторых, предотвратить воз­можность появления в лице России геополитического соперника и, в-третьих, добиться, чтобы политика России в максимальной сте­пени соответствовала интересам США.

Похожие материалы:

• Политическая наука и идеология
• Политическое участие
• Средства массовой информации в политической жизни
• Политическое лидерство
• Политика и личность