Исторически модернизацию можно обозначить как процесс изменений в сторону того типа экономической, социальной и поли­тической системы, который сложился в Западной Европе и Север­ной Америке в период XVII —XIX вв., а затем распространился на другие европейские страны и в XIX —XX вв. на такие континен­ты, как Азия, Африка и Латинская Америка.

Модернизация — это особый вид надежд, пронизывающий все революции прошлого и все высокие человеческие устремле­ния. Динамический аспект модернизации при изучении политики может быть выражен общим утверждением, согласно которому модернизация есть процесс растущей сложности человеческих проблем, с которыми сталкивается система политического устрой­ства.

Теории модернизации, связанные с движением общества от традиционных общественных укладов к индустриальной и постин­дустриальной фазам развития (их приверженцами являются Дж. Гэлбрейт, У. Ростоу, Д. Белл, С. Хантингтон, 3. Бжезинский), носят детерминистский характер. Они предполагают, что все че­ловечество придет к единой, универсальной для всех модели пост­индустриализма, которой будет соответствовать одинаковая для всех либерально-демократическая схема организации политичес­кой жизни общества, по достижении которой в мировом масштабе исчезнут все противоречия и наступит "конец истории" (термин Ф. Фукоямы).

К. Дейч определяет политическую модернизацию категория­ми участия и мобилизации. Он полагает, что модернизация зави­сит от массового участия, принимающего форму растущей политик ческой децентрализации. Расширение политического участия рас­сматривается как ключ к политическому развитию. Примерами политической модернизации могут служить Турция и Япония, где соответствующие процессы привели к включению многих тради­ционных форм в новую систему наряду с расширением сферы действия новых структур, таких, как школы и ассоциации. В обеих странах правящие элиты достигли значительных успехов в преоб­разовании традиционных обществ в современные.

Главные проблемы при модернизации состоят в определении характера политических институтов, которые, с одной стороны, обеспечивают наибольшую эффективность социально-экономичес­ких преобразований, а с другой — содействуют стабильности при резко возрастающей вследствие модернизации динамичности со­циальных процессов.

Опыт сравнения:

—  пути развития индустриальных стран, которые в силу раз­личных причин оказались отброшены вспять в своем экономичес­ком и политическом развитии (Германия и Япония после второй мировой войны) и для которых модернизация выступила в форме реконструкции;

—  опыт развивающихся государств, стремящихся ускоренным темпом пройти путь модернизации;

—  опыт социалистических стран (СССР, Восточная Европа, Китай и др.), которые за счет сверхконцентрации и централиза­ции ресурсов стремились достичь наивысших показателей индус­триального, а затем и постиндустриального развития.

Теоретически оптимальным выступает проведение модерни­зации в форме эволюции, на основе консенсуса ведущих полити­ческих сил. Речь идет о выборе такой ее модели, которая не была бы построена на слепом заимствовании зарубежного опыта, а син­тезировала лучшие его стороны с историческими традициями и особенностями модернизирующегося общества. Для успеха важ­ны также благоприятные международные условия, возможность привлечь зарубежные источники субсидирования и передовых технологий на льготных условиях, добиться расширения внешних рынков сбыта для продукции модернизирующихся отраслей.

Несмотря на широкое осознание мировым сообществом того, что успешное решение проблемы модернизации сняло бы конф­ликтность развития многих регионов мира, облегчило бы экологи­ческую ситуацию в глобальном масштабе за счет распространения энерго- и ресурсосберегающих технологий, большая часть программ содействия развитию, разработанных ООН и ЮНЕСКО, осталась на уровне рекомендаций. Помехой их осуществлению выступают как национальный эгоизм многих развитых государств, так и внут­ренняя конфликтность, противоречивость самого модернизационного процесса(юриспруденция и право ).

Политической философией знаменитого испанского "Пакта Монклоа", положившего начало поступательного перехода стра­ны от авторитаризма к демократии, была идея самоограничения. В России, по мнению А. Рябова, не созрели до такой философии.

Во-первых, модернизация в России осуществлялась исклю­чительно "сверху" путем административного регулирования, на­целенного на решение внешних, а не внутренних проблем.

Во-вторых, для политического и социального развития рос­сийского общества характерны такие явления, как раскол, разлом, ценностное разъединение.

В-третьих, последовательная смена реформ и контрреформ.

В-четвертых, современная российская политическая система, не обладающая внутренними источниками для саморазвития, мо­жет в принципе достаточно долго сохранять устойчивость и отно­сительное равновесие в обществе при условии его стабильного существования.

Но столкновение подобной системы с новыми вызовами чре­вато серьезными потрясениями не только для элиты, но и для всего общества в целом.

Споры по поводу создания новой "национальной идеологии" ведутся давно. Спектр высказываемых в них мнений чрезвычай­но широк. Думается, что позитивная модель в данном случае вполне осуществима, но исключительно как идеология развития, модер­низации. Она должна ориентироваться на стремление людей к личному благополучию и одновременно мобилизовывать коллек­тивный производственный, творческий, интеллектуальный потен­циал нации на мирное соревнование с иными государствами и народами.

С одной стороны, интегративная идеология модернизации при­звана апеллировать к позитивным мотивам поведения людей, со­действовать их консолидации. С другой стороны, новая нацио­нальная идеология лишь тогда имеет шанс стать эффективным инструментом политической мобилизации, когда она будет тесно сопряжена с политическим курсом модернизации.

Порядок и систему понятий, категорий и определений, относя­щихся к проблемам устойчивого развития, внесли документы кон­ференции ООН в Рио-де-Жанейро, а в России — Указ Президен­та РФ "О концепции перехода Российской Федерации к устойчи­вому развитию" от 1 апреля 1996 г. № 440, утвердивший прави­тельственную "концепцию перехода Российской Федерации к ус­тойчивому развитию" и Указ Президента РФ "О государственной стратегии экономической безопасности Российской Федерации (Основные положения)" от 29 апреля 1994 г. X? 608.

Только на пути модернизации общественной мысли и практи­ки Россия сохранит себя как один из основных геополитических центров XXI в.

Цивилизованное рассмотрение происходящих в мире процес­сов приобретает большую актуальность. Согласно глобалистскому анализу современных тенденций в мире уже ближайшее буду­щее будет во многом определяться "цивилизованными разлома­ми" и столкновением цивилизаций.

Страницы: 1 2

Обсуждение закрыто.

Интересно

Посещаемость ресурса

Яндекс.Метрика